Малолетние преступники ушли в подполье?

1925

Если в 1995 году в воспитательных колониях сидела 21 тыс. подростков, то сейчас — всего 1,5 тыс. Неужели молодежь так сильно изменилась в лучшую сторону?

На днях в Общественной палате РФ обсудили состояние молодежной преступности. Состояние это вызывает немало вопросов. Дело в том, что в 90-е годы, как и в период позднего СССР, на территории нынешней Российской Федерации за решеткой находились более 20 тыс. несовершеннолетних. Так, в 1995 году — 21 тыс., в 1999-м — 22 тыс.

Однако в нулевые число малолетних сидельцев стало резко снижаться: если в 2001 году их было 19 тыс., то уже в 2002-м — 11 тыс. К 2013 году — 2 тыс., сегодня за решеткой находятся всего лишь 1,5 тыс. подростков.

Хорошо это или плохо? Вопрос, что называется, спорный. Вызывает большие сомнения, что подростковая преступность в годы «дикого капитализма» резко пошла на спад и что несовершеннолетние стали совершать в 15 раз меньше преступлений, чем в годы СССР, когда были еще комсомол, идеология, учеба и работа.

«У нас, конечно, гуманизация, — комментирует адвокат Рустам Чернов. — Если раньше 64% уголовных дел заканчивались реальным уголовным сроком, то теперь в два раза меньше — 30%. К примеру, побои — уже не уголовно наказуемое деяние».

По статистике МВД, в прошлом году несовершеннолетние совершили 48 589 преступлений. То есть реальный срок получили даже не 30%, как у взрослых, а только 3%! Да и цифра 48 589 может в реальности оказаться заниженной. «Есть у нас такая штука — сокрытие преступлений, чтобы не портить статистику», — продолжает Чернов.

А причина гуманизации — в банальном отсутствии денег.

«Раньше продукция из мест заключения пользовалась спросом. Теперь содержать колонии государству нерентабельно. Поэтому колонии сокращают, объединяют. Как сказал Медведев: денег нет, но вы держитесь», — говорит Чернов.

Колонии для несовершеннолетних еще более убыточны, чем колонии для взрослых. Вот и решили от них избавляться в первую очередь. Формальный повод — колонии воспитывают преступников. Кто сидел, с большей вероятностью сядет снова.

«На самом деле причина вовсе не в пагубном влиянии мест заключения, — комментирует социолог Роман Заваришин. — Согласно исследованиям по криминальной психологии, именно подростковая преступность — самая социально опасная и дает наибольшее количество рецидивов: около 90% рецидивистов начинали совершать преступления в возрасте 13-14 лет, причем почти никто из них в юном возрасте не был пойман».

Наибольший процент подростковых преступлений связан с актами жестокости: это нанесение увечий и убийство животных, унижение и избивание сверстников. Как отметили в Общественной палате РФ, практически все эти преступления не попадают в поле зрения полиции. Ведь в России они относятся к «легким» статьям, а значит, уголовное наказание за них для детей от 14 до 16 лет не предусмотрено!

К слову, в Европе подобным гуманизмом и не пахнет. В Англии, например, подростка отправляют за решетку за отнятый у прохожего телефон, не переживая за то, что он обучится в тюрьме нехорошим навыкам. В ЕС число подростков-заключенных растет ежегодно в среднем на 1%. Причем пик роста пришелся на 1998-2010 годы, то есть как раз на тот период, когда в России малолетних преступников решили не сажать.

То, что подростковая преступность стала в России «скрытой частью айсберга», подтвердили и в Общественной палате РФ. Так, за девять месяцев этого года в СМИ было опубликовано 178 тысяч сообщений о преступлениях подростков! «В некоторых регионах на подростков и молодежь приходится до 40% преступлений», — отметил член ОП РФ Валерий Васильев.

В Общественной палате опасаются, что подростковая преступность имеет тенденцию к росту, и проблема не исчезнет сама собой, если все будут делать вид, что все хорошо.

Источник

Поделиться:

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here